Чудеса иммунотерапии в руках талантливых врачей oncobudni — ЖЖ

Чудеса иммунотерапии в руках талантливых врачей oncobudni — ЖЖ

Иммунотерапия рака: от выживания к выздоровлению

Премию по медицине в 2018 г. Нобелевский комитет присудил 70-летнему Джеймсу Эллисону (США) и 76-летнему Тасуку Хондзё (Япония) за исследования в области иммунотерапии рака. Их открытие произошло относительно недавно – в 2002 г. Но уже сегодня новый вид лечения дал надежду на обуздание тех видов опухолей, которым ранее противопоставить было нечего. Например, раку мочевого пузыря при невозможности применения цисплатина или после предшествующей химиотерапии. В будущем, не исключено, именно благодаря иммуноонкологии можно будет говорить не о выживаемости в течение определенного времени после лечения, а о выздоровлении. О перспективах иммуноонкологии шла речь на симпозиуме компании Roche («Рош»), прошедшем в рамках XIII конгресса Российского общества онкоурологов.

Чудачество, ставшее чудом

Профессор Евгений Имянитов, руководитель отдела биологии опухолевого роста НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова, заведующий кафедрой медицинской генетики Санкт-Петербургского педиатрического университета, профессор кафедры онкологии Северо-Западного медицинского университета им. И.И. Мечникова рассказал о том, как зародилась идея, приведшая к совершенно новому направлению в лечении, о котором мы говорим сегодня.

«Иммунология в современном виде появилась в середине двадцатого века. Было интуитивно понятно, что надо попытаться найти у пациентов нарушение иммунитета, которое приводит к тому, что опухоль ускользает из-под контроля защитных сил организма. Но если быть честным, то в 80–90 гг. прошлого столетия вся эта деятельность стала восприниматься немного как чудачество».

Перелом произошел на рубеже веков. Экспериментально было доказано, что опухоли, которые возникают у нормальных мышей, проходят иммуноредактирование, то есть они адаптируются к локальным условиям иммунитета. Это вызвало новый всплеск интереса к проблеме.

«Системного нарушения иммунитета у онкологического пациента искать не надо, его скорее всего просто нет. А для жизни опухоли мало, чтобы она делилась, образовывала метастазы, и т.д. Необходимо также продуцировать факторы, которые обеспечивают локальную (периопухолевую) иммуносупрессию», – обозначил профессор Имянитов суть новых знаний.

Попали в историю

Основной целью ученых стало определить механизмы обхода опухолью иммунного ответа и нейтрализовать эту способность опухоли. И вот на удочку исследователей попались клеточный рецептор PD-1 и его лиганд (фактор-партнер) PD-L1. В здоровом организме, лиганды PD-L1 и PD-L2 связываются с PD-1 и активируют его, это специфический рецептор Т-клеток, который защищает здоровые клетки от случайного поражения.

В 2002 г. Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё обнаружили, что опухоль продуцирует избыточное количество лиганда PD-L1 и за счет этого маскируется. Если прервать связь PD-1 с PD-L1, то скорость прогрессии опухоли падает.

Первыми иммунотерапевтическими препаратами стали ингибиторы PD-1, в результате их действия лиганду PD-L1 не с чем стало связываться. На сегодняшний день в российской практике применяются уже несколько таких лекарств.

Следующим поколением препаратов стали ингибиторы PD-L1. Важно, что этот лиганд связывается не только с PD-1, но и с рецептором B7.1, разрыв этой связи обеспечивает активацию Т-клеток.

Кроме того, предварительные исследования позволяют сделать вывод о том, что ингибиторы PD-L1 не нарушают связь другого лиганда PD-L2 с PD-1, ответственную за иммунную саморегуляцию, и тем самым не допускается развития аутоиммунных реакций.

Новый фактор

Первым ингибитором PD-L1, зарегистрированным в России, стал препарат атезолизумаб компании Roche. Пока показаниями для его применения стали уротелиальный рак (рак мочевого пузыря) и немелкоклеточный рак легкого. По словам профессора, руководителя онкологического отделения противоопухолевой терапии Центральной клинической больницы Управления делами Президента РФ, члена правления RUSSCO Дмитрия Носова, на протяжении последних двух десятилетий не было практически никаких изменений в алгоритме лекарственного лечения метастатического уротелиального рака.

Несмотря на то, что рак мочевого пузыря считается опухолью относительно чувствительной к химиотерапии, продолжительность жизни больных при использовании данного лекарственного подхода остается невысокой. Максимально, чего удалось добиться – увеличить медиану продолжительности жизни пациентов с метастатическим раком мочевого пузыря с шести до двенадцати месяцев, обратил он внимание.

«Примерно у 50% больных этим видом рака мы не можем использовать стандартные режимы химиотерапии с включением цисплатина из-за соматического состояния больного, пожилого возраста, нарушений почечной функции», – поделился эксперт.

Таким образом, большое число больных не могут получить стандартные химиотерапевтические режимы в качестве первой линии лечения. В том случае, если и удается добиться эффекта от химиотерапии, он не очень продолжительный. При этом, не стоит забывать про риски, связанные с развитием различных токсических осложнений на фоне ее проведения.

«В то же время известно, что уротелиальный рак – высокоиммуногенное заболевание, которое характеризуется высокой мутационной нагрузкой. И это одно из первых онкологических заболеваний, при котором 40 лет назад начал использоваться неспецифический иммунотерапевтический подход в виде БЦЖ терапии при неинвазивном раке мочевого пузыря. Сейчас в нашем арсенале целый ряд новых иммунотерапевтических препаратов, которые могут использоваться в качестве первой и второй линии терапии пациентов с метастатическим уротелиальным раком. Атезолизумаб является первым препаратом, одобренным для клинического использования в России», – сказал Дмитрий Носов.

В клиническом исследовании IMvigor 210 было показано, что монотерапия препаратом атезолизумаб в 1 линии терапии РМП при невозможности лечения цисплатином позволяет увеличить медиану общей выживаемости lj 16,3 месяца в сравнении с историческим контролем. При этом медиана длительности ответа пока не достигнута и на момент оценки составляет 29,3 месяца.

Читайте также:  Диета при болезнях желчного пузыря и желчевыводящих путей, калькулятор онлайн, конвертер

Как показали исследования, положительный эффект применения иммунотерапии уротелиального рака имеет продолжительный временной потенциал. Пример из практики привел профессор, заместитель гендиректора по научной работе ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава РФ, ученый секретарь Российского общества онкоурологов, член Европейской и Международной ассоциаций урологов Борис Алексеев.

Пациент с инвазивным уротелиальным раком прошел два курса химиотерапии и, к сожалению, опухоль вновь стала прогрессировать. Мужчину включили в клинические исследования с применением препарата атезолизумаб. Через два месяца терапии препарата сумма диаметров опухоли мочевого пузыря и метастазов уменьшилась на 40%.

«На сегодняшний день прошло полтора года после начала монотерапии атезолизумабом и продолжается уменьшение очагов опухоли. Это характерный пример того, как работают ингибиторы контрольных точек. Далеко не у всех достигается эффект, но у тех, у кого он есть, он, как правило, длительный», – подчеркнул профессор Алексеев.

Терра инкогнита

Конечно, участников симпозиума интересовал вопрос, что делать с таким больным дальше. Как отметил Дмитрий Носов, наибольший опыт применения новых иммунопрепаратов накоплен у больных меланомой.

«Проанализирована группа больных, у которых была достигнута полная ремиссия на фоне терапии регуляторами контрольных точек иммунного ответа. У 90% больных полная ремиссия сохранялась после прекращения терапии. Но период наблюдения пока небольшой и нет полного понимания оптимальной продолжительности лечения в случае достижения полного эффекта», – поделился он.

Кроме того, по его словам, есть и ограничения по применению иммунопрепаратов, в том числе и атезолизумаба. Речь идет прежде всего об аутоиммунных заболеваниях, в этом случае необходимо с особой осторожностью подходить к лечению таких пациентов.

Изучение этих лекарств продолжается. Летом 2018 г. FDA выпустило релиз, который предупреждает, что иммунопрепараты первой линии необходимо использовать только у пациентов с экспрессией PD-L1. Пока подробностей нет, но онкологи всего мира ожидают результатов исследования на эту тему.

И тем не менее потенциал у нового вида терапии большой. Привлекает прежде всего тот факт, что один ингибитор лиганда или рецептора применим для нескольких видов опухоли. Борис Алексеев также обращает внимание, что идут исследования комбинации иммунопрепаратов с химиотерапией, таргетными лекарствами.

«Чем больше вариантов терапии мы имеем, тем дольше будет жить больной», – считает он.

Территория надежды

Евгений Имянитов согласился, что иммунотерапия применяется при многих видах опухоли, но все же пока неуниверсальна. Тем не менее у этого вида лечения большие перспективы.

«Например, ученые сейчас пытаются перепрограммировать собственные лимфоциты человека для распознавания опухолевых клеток, в этом случае можно будет использовать иммунотерапию в качестве адъюванта», – сказал эксперт. Последнее десятилетие, по его мнению, можно назвать триумфом иммунотерапии. Не случайно Нобелевский комитет выбрал именно это направление.

Интерактивный опрос участников симпозиума показал, что у большинства практикующих онкологов пока нет опыта использования иммунотерапии в клинической практике. Но, как сказал профессор Носов, это тот недостаток, который, как молодость, проходит с годами.

К тому же понимание, что в лечении рака наступил перелом, есть и у государства: новые препараты включаются в перечни лекарств, закупаемых либо по программе госгарантий, либо по другим программам. Так, комиссия Минздрава в сентябре 2018 г. рекомендовала атезолизумаб к включению в ЖНВЛП.

«Теперь у регионов будет возможность закупать лекарство. Препарат станет доступен, если будет финансирование здравоохранения. И здесь есть определенные надежды: Правительство озвучило планы по выделению дополнительных 70 млрд руб. на лекарственную терапию онкологических больных», – отметил глава Roche в России Ненад Павлетич, – Кроме того, наша компания проводит исследования по расширению показаний атезолизумаба. Чем больше будет показаний, тем шире иммунотерапия будет входить в практику», – надеется он.

И врачи, и пациенты в свою очередь верят, что в будущем иммунотерапия сможет не только перевести смертельно больных с людей в категорию тех, кто страдает хроническими заболеваниями, но и приведет к выздоровлению этих тяжелых больных.

Читайте также:  Месячные после аборта, первая менструация и восстановление цикла, контрацепция

Источник публикации: ЗАО «Рош-Москва»

Иммунотерапия при раке легких отзывы

  • Рубрики
    • Новости
    • Статьи
    • Мнения
    • Интервью
    • Комментарии
  • О проекте
  • Вакансии
  • Реклама
  • Контакты
  • Новости
  • Статьи
  • Интервью
  • Репортаж
  • Клиника
  • Фарма
  • Вход

«Иммунотерапия помогает только тем, у кого удается “включить” иммунитет, заставив его атаковать опухоль»

Онколог Николай Жуков рассказал РИА Новости, почему иммунотерапия, за разработку которой учёные получили Нобелевскую премию, помогает онкобольным на последних стадиях заболевания.

То, что опухоли способны избегать иммунного “надзора”, продолжая жить и размножаться в организме больного, несмотря на наличие на них потенциальных мишеней для иммунной атаки (опухолевых антигенов), было известно давно. Ученые предполагали, что опухоли каким-то образом удается обмануть иммунитет, прекрасно уничтожающий внешних агрессоров (бактерии, вирусы, чужеродные ткани), но не замечающим при этом растущую опухоль. Но вот механизм этой маскировки до недавнего времени оставался неизвестен на протяжении многих лет, в течение которых все попытки врачей “разбудить” противоопухолевый иммунитет оставались безуспешными.

Именно за открытие этого механизма и последовавшее за ним создание новых препаратов, совершивших революцию в терапии рака, и была присвоена Нобелевская премия по медицине и физиологии в этом году.

“Препаратам, созданным в результате этого открытия, удалось практически невозможное — дать некоторым людям с ранее абсолютно фатальными заболеваниями, неминуемо приводящими к смерти, шанс на длительный контроль опухоли в ряде случаев и на полное излечение”, — рассказывает Николай Жуков, руководитель отдела мультидисциплинарной онкологии НМИЦ детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Дмитрия Рогачева, доцент кафедры онкологии, гематологии и лучевой терапии РНИМУ им. Н.И. Пирогова, член правления Российского общества клинической онкологии (Russco).

По словам онколога, эти препараты сейчас используют для иммунотерапии у людей с отдаленными метастазами, когда болезнь достигла четвертой стадии. И за короткий период с момента их первого появления они доказали свою эффективность и стали официально применяться в мире уже при 14 видах опухолей.

Новый класс препаратов показал свою эффективность впервые на меланоме.

“До их появления больные с метастазами меланомы жили менее года, и мы практически ничего не могли предложить им даже в качестве лечения, хоть чуть-чуть продляющего жизнь. Но первые же испытания новых иммуноонкологических препаратов показали, что они в состоянии не просто временно затормозить опухоль. Согласно опубликованным данным, без дополнительной поддерживающей терапии каждый пятый пациент, получивший лечение в рамках этих первых испытаний, жив без признаков болезни уже семь-восемь лет и дольше. С учетом того, как “вела” себя опухоль до появления иммунотерапии, скорее всего, они излечены. Так научное открытие, удостоенное Нобелевской премии, подарило некоторым пациентам с ранее стопроцентно неизлечимой болезнью шанс на излечение”, — продолжает Жуков.

Безусловно, у препаратов есть побочные эффекты. Поскольку они растормаживают иммунную систему, она может атаковать не только опухоль, но и здоровые органы и ткани, в ряде случаев вызывая аутоиммунное поражение, например, щитовидной железы, гипофиза, кожи, печени, кишечника.

“В принципе, препараты нового класса управляемы, с их побочными эффектами в большинстве случаев можно успешно бороться. Определенный процент побочных эффектов — это соизмеримая плата за вероятность избежать неминуемой гибели от рака”, — поясняет эксперт.

При этом необходимо понимать, что иммунотерапия помогает отнюдь не всем, а только тем, у кого удается “включить” иммунитет, заставив его атаковать опухоль. У 10% и даже 60% пациентов, в зависимости от диагноза, удается добиться длительного эффекта.

По словам Жукова, найти какое-то универсальное средство для всех типов человеческих опухолей, этакую “золотую пулю” вообще вряд ли удастся, но то, что новые иммунные препараты – это существенный шаг к излечению хотя бы части больных, это уже очевидно.

Почему новым препаратам не удается растормозить иммунитет у всех?

“Все мы достаточно разные. И опухоли у нас тоже отличаются. Происхождение опухолей у всех разное, организм реагирует на заболевание тоже по-разному. Почему у кого-то есть аллергия на орехи, а у кого-то нет? У одних развиваются аутоиммунные заболевания, а у других нет? Вроде бы мы все от одних предков произошли”, — отвечает ученый.

Читайте также:  Антигистаминные препараты нового поколения, перечень лекарств

К счастью, уже сейчас появляются методы исследований, позволяющие предсказать, для кого иммунотерапия будет эффективна, а кому не принесет пользы, и нужно искать другие подходы.

Что же представляют собой новые препараты? Это искусственно созданные в лаборатории белки — антитела, похожие на те, с помощью которых наш организм защищается от патогенов. Антитело всегда специфично, то есть оно действует на строго определенную мишень. В данном случае цель — молекулы, которые “выключают” (тормозят) иммунную защиту организма против опухоли. Когда же под воздействием антител, вводимых больному внутривенно, “тормоз” отпущен, защита организма срабатывает сама.

“Первые препараты для иммунотерапии были созданы за рубежом. Увы, большинство новых лекарств до нас доходят лишь в качестве дженериков — аналогов, которые производят, после того как заканчивается срок патентной защиты. Чтобы не ждать много лет, у нас в России разработали собственный препарат”, — рассказывает эксперт.

Речь идет о препарате под номером BCD-100, созданном компанией BIOCAD.

“Это не копия существующих за рубежом, а оригинальная разработка нового поколения, которая относится к группе ингибиторов контрольных точек иммунитета PD-1. Лекарство находится на завершающей стадии клинических испытаний на людях. Судя по всему, они сделали то, что реально работает”, — заключает Николай Жуков.

Как сообщалось ранее, в 2018 году лауреатами Нобелевской премии по физиологии и медицине стали Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё, которые разработали терапию онкологии путём активации иммунного ответа организма на раковые клетки. Подробнее читайте: «Иммунотерапия стала революцией в области лечения рака».

Иммунотерапия

Иммунотерапия — новейшее направление в лечении онкозаболеваний, которое стало прорывом в борьбе с раком. Суть данной методики заключается в мобилизации собственной защиты организма (иммунитета) для уничтожения злокачественных опухолей.

Иммунная система должна самостоятельно распознавать и уничтожать перерожденные клетки, однако они обладают способностью скрываться от обнаружения. В результате иммунитет попросту их не находит, а значит, опухоль продолжает бесконтрольно расти.

Новый класс иммунотерапевтических препаратов тем или иным путем снимает такую маскировку, позволяя естественным защитным силам организма атаковать опухолевые клетки. Этот вид лечения является более эффективным, чем традиционные методы, и имеет сниженное количество побочных эффектов.

Методы иммунотерапии

Моноклональные антитела

Эти препараты представляют собой модифицированные искусственным путем белки иммунной системы. Они способны находить злокачественные клетки, несмотря на маскировку, а потом или уничтожать их самостоятельно, или доставлять к ним вещества, которые приводят к их гибели.

Ингибиторы контрольных точек

Эти препараты способны снимать маскировку с опухолевых клеток, делая их видимыми для иммунитета. А далее иммунная система пациента уничтожает их самостоятельно.

Противораковые вакцины

Они действуют по принципу противоинфекционных вакцин. Для того чтобы стимулировать быстрый иммунный ответ, пациенту вводят те вещества, которые обычно синтезируют злокачественные клетки. Данный метод иммунотерапии пока еще находится на стадии активных клинических испытаний.

Клеточная аутоиммунотерапия

Ее смысл заключается в заборе у пациента его собственных иммунокомпетентных клеток и их последующей искусственной модификации. В результате клетки, которые затем вводят обратно больному, получают способность обнаруживать и уничтожать опухолевые элементы. Это направление иммунотерапии пока также является экспериментальным.

Какие опухоли лечат иммунотерапией

На сегодняшний день специалисты медицинского центра «Анадолу» используют иммунотерапию при:

  • опухолях кожи;
  • аденокарциноме желудка;
  • раке прямой кишки;
  • злокачественных поражениях дыхательной и мочевыводящей системы;
  • раковых заболеваниях молочных желез;
  • лимфоме Ходжкина;
  • раке печени;
  • плоскоклеточном раке головы и шеи.

Кроме того, это направление онкологи рассматривают как одно из наиболее приоритетных. Исследования эффективности таргетной иммунотерапии при меланоме, раке желудка, легких, мочевого пузыря и других органов ведутся сегодня по всему миру, ежегодно расширяя спектр применения данной методики.

Иммунотерапевтическое лечение показано на любых этапах ракового заболевания. Но на I и II стадии, когда опухоль еще не начала метастазировать, более действенным пока оказывается прямое хирургическое иссечение новообразования. Иммунотерапию здесь применяют в качестве дополнительного лечения. А вот на III и IV стадии, когда операционное вмешательство не всегда целесообразно, ее значение существенно возрастает.

Ссылка на основную публикацию
Что ушная сера может сказать о вашем здоровье
Ваша ушная сера может рассказать вам, насколько вы здоровы или больны. Как и в случае с большинством жидкостей организма, ушная...
Что такое ПЦР-анализ Ответы на вопросы о ПЦР-диагностике
Метод ПЦР Суть метода ПЦР Полимеразная цепная реакция (ПЦР, PCR – polymerase chain reaction) – метод получения множества копий определенных...
Что такое рак и как он возникает в организме Клиника доктора Парамонова
Болезнь рак что это такое Рак является одной из основных причин смерти в мире; так, в 2018 г. от этого...
Что хочет сказать наш кишечник, пуская газы — BBC News Русская служба
Какие продукты провоцируют вздутие живота Сначала вам нужно узнать о продуктах, которые относятся к группе FODMAP. В нее входят жители...
Adblock detector