Рак вылечили, а грудь испортили фото после реконструкции груди; СчастливаяRU

Рак вылечили, а грудь испортили фото после реконструкции груди; СчастливаяRU

Фото до и после реконструкции груди

Реконструктивно пластические операции делятся на одномоментные и отсроченные. Одномоментные реконструктивно-пластические операции на сегодняшний день наиболее часто используются в работе ведущих онкологических клиник. Суть таких операций в том, что на ряду с онкологическим этапом лечения, когда удаляется пораженный орган и по возможности сохраняется кожа и сосок, производят операцию по восстановлению молочной железы. Если же в силу ряда причин такой вид реконструкции не проводится, женщина может провести отложенную операцию.

На фотографии пример отсроченной реконструкции груди.

При лечении рака груди очень часто приходится частично или полностью удалять молочную железу. Такие операции позволяют победить рак, однако приводят к серьезным анатомическим и косметическим дефектам, вызывающим серьезные психологические проблемы у женщины. В таких случаях проводятся операции по реконструкции груди, позволяющие восстановить ее форму и размер, а также сделать обе молочные железы симметричными и эстетически привлекательными.

На фотографии пациентка Владимира Калядина до и после одномоментной реконструкции груди.

Возможно, вас заинтересуют другие .

Отложенная реконструкция груди позволяет женщине вернуть женственность и избавиться от комплексов даже через несколько лет после лечения рака груди, и связанной с этим мастэктомией.

На фотографии пациентка Евгения Юрьевича Гарбукова до и после отложенной реконструкции груди

Возможно, вас заинтересуют:

Статьи о раке груди и реконструкции

Фото до и после реконструкции груди

Реконструкция груди после мастэктомии после рака груди значительно улучшает качество жизни женщины.

При реконструкции груди имплантами, пластический хирург может использовать эндопротезы любой фирмы-производителя.

Игорь Львович Микитин в своей работе при реконструкции груди использует импланты Mentor. Вот, как он ответил на вопрос, почему именно их: «Я рекомендую ставить именно Ментор. Так как только у этого производителя были клинические исследования в отношении рака молочной железы, которые показали, что рецидива заболевания они не вызывают. И на них лучше всего проходит.

Женщины, перенесшие операцию под названием радикальная мастэктомия (полное удаление молочной железы) переживают сразу несколько физически и эмоционально тяжелых стрессовых состояний, вызванных самим заболеванием, тяжелым процессом лечения и непростым реабилитационным периодом после операции. Но, к счастью, современная пластическая хирургия решает эстетическую проблему отсутствия молочной железы с помощью реконструкции. Восстановленная грудь внешне ничем не отличается от той, которая была до операции, а зачастую выглядит даже лучше.

На фотографии пациентка Андрея Леонидовича Ищенко.

При реконструкции груди после мастэктомии может выбрать выбран один из двух способов возмещения потерянного объема — собственными тканями или с помощью силиконового импланта. Это зависит от множества показателей, на которые и опирается пластическо-реконструктивный хирург при выборе.

На фотографии вы вилите пациентку Кирилла Павловича Пшенисного до и после реконструкции груди собственными тканями.

Возможно, вас заинтересуют другие материалы о раке молочной железы и реконструкции груди.

Об этом случае реконструкции груди рассказывает пластический хирург, выполнивший операцию, Владимир Юрьевич Ивашков.

Рак левой молочной железы T2N2M0. Лимфостаз левой руки ISL2. Пациентка Хотела обрести естественную форму груди и вылечить лимфостаз. Я предложил ей мою авторскую методику BRANT, когда за одну операцию можно решить две проблемы. Для восстановления груди я использовал DIEP лоскут. А для восстановления лимфатической системы руки выполнена микрохирургическая пересадка лимфоузлов в подмышечную область. Повторюсь, за одну операцию.

Следующим этапом будет выполнена.

На фотографии вы видите 48-летнюю пациентку Владимира Юрьевича Ивашкова до и после реконструкции груди. Вот как сам доктор рассказывает об этом случае.

Елена, 48 лет. Диагноз рак правой молочной железы T2N2M0. Состояние после комплексного лечения. Не самый простой случай для реконструктивного хирурга. Исходно ситуация была сложная: абсолютно разная грудь, правая железа после неудачной установки экспандра и редукции кожи, осложнившейся некрозом соска. Кожа правой груди в нижних отделах жесткая и неподвижная.

В этом случае можно было попытаться поставить экспандер и растянуть.

Рак груди все чаще стал встречаться у молодых пациентов, поэтому онко-пластические операции становятся все более актуальными. Отсутствие молочной железы – это не только психологическая проблема. Хотя в большинстве случаев именно психологический дискомфорт является мотиватором большинства пациенток, которые решаются на пластическую операцию. Кроме этого, происходит неравномерная нагрузка на позвоночник, с той стороны, где молочная железа сохранена — она больше, в результате происходит нарушение осанки, искривление позвоночника, что может привести к нарушению работы органов грудной клетки –.

На фотографии вы видите пример реконструкции и симметризации груди. Операцию провел пластический хирург Дмитрий Владимирович Мельников. И вот его комментарии:

«Реконструктивные операции требуют терпения и выдержки от хирурга и от пациентки. Задача сделать грудь — непростая, сделать грудь красивой — ещё более сложная! Ну, а одинаковой после мастэктомии и истонченной кожи — практически нереальная! Тем радостнее сравнить что было, и что получилось!

Справа — имплант; слева — сначала лоскут + экспандер, раскачка экспандера, потом замена на имплант!»

Роман Иванович Кочетков комментирует фотографию своей работы по реконструкции груди

«Выполнена отсроченная реконструкция молочной железы Трам лоскутом на сосудистых микроанастомозах. Результат через 1 месяц после операции не является идеальным, не все послеоперационные изменения полностью исчезли, предстоит ещё восстановление соска и ареолы. Но есть главное — желание и возможность помочь пациенткам полностью реабилитировать себя после лечения рака молочной железы. Надеюсь, что последняя информация будет доступна для максимального количества женщин, прошедших это лечение вне.

Сегодня, женщины имеющие диагноз рак молочной железы, имют возможность практически на любом этапе лечения заболевания восстановить грудь после мастэктомии.

В случаях, когда женщине по тем или иным причинам не показана одномоментная реконструкция груди, когда вместе с мастэетомией сразу же проводят восстановление утраченной молочной железы, она может отложить операцию. Такая реконструкция называется отсроченной.

На фотографии пациентке доктора Игоря Николаевича Милькевича проведена отсроченная реконструкция молочной железы. Ей была выполнена постановка эспандера, подтяжка, а.

Мастэктомия — неизбежное последствие рака молочной железы. Но сегодня реконструктивно-пластическая хирургия достигла таких высот, что женщина, прошедшая через удаление груди, может ее восстановить. Существует несколько способов реконструкции молочной железы. Для восполнения недостающего объема могут использоваться импланты или собственные ткани. На фотографии вы видите результат реконструкции груди с помощью лоскута, взятого с живота пациентки. Операцию провел Дмитрий Владимирович Мельников.

Возможно, вас заинтересуют другие материалы о раке молочной железы и реконструкции груди.

На фотографии вы видите пациентку пластического хирурга из Читы Николая Александровича Ратушного. Ей проведены:

— отсроченная реконструкция груди справа с помощью импланта.

— выполнена профилактическая мастэктомия слева с одномоментный реконструкцией имплантом.- планируется липофилинг с целью коррекции асимметрии и улучшения трофики, пораженной лучевым лечением, кожи.

Возможно, вас заинтересуют другие материалы о раке молочной железы и реконструкции груди.

Хотите узнать больше об имлантах груди — узнайте об этом на официальном сайте имплантов груди.

Одномоментная реконструкция груди позволяет женщинам не так остро переживать утрату молочной железы. Ведь по факту получается, что женщина ложится на операционный стол с двумя молочными железами, и прихолит в себя после вмешателсьтва так же с двумя молочными железами. Одномоментная реконструкция проводится чаще всего при помощи имплантов. Они позволяют восполнить потерянный во время мастэктомии объем тканей.

На фотографии пациентке доктора Игоря Александровича Чижа проведена одномоментная реконструкция груди с помощью имплантов.

Возможно, вас заинтересуют другие материалы о.

Иногда женщина, с диагнозом рак молочной железы, не готова провести реконструкцию груди совместно с мастэктомией. И личшь через некоторое время приходи к мысли о том, что нужно восстановить удаленную молочную железу. В таких случаях проводится отсроченная реконструкция груди. Чаще всего операцию проводится на обеих молочных железах. Одну пластический хирург восстанавливает с помощью имплантов или собственных тканей, на другой провоит симметризирующую операцию, чтобы сохранить гармоничный внешний вид.

Читайте также:  Вирусные инфекции центральной нервной системы у детей - Проблемы со здоровьем у детей - Справочник M

На фотографии вы видите результат отсроченной реконструкции левой молочной железы и.

Качество жизни пациенток после реконструкции имплантами и собственными тканями

Под качеством жизни подразумевается оценка набора условий и характеристик жизни конкретного человека, основанная на степени его собственной удовлетворённости состоянием здоровья, социальными условиями, окружающей средой и т.д. В научной медицине это понятие является более узким и означает обобщённую характеристику физического, психологического, социального и эмоционального состояний человека, оцениваемых исходя из его субъективного восприятия.

Ранняя диагностика опухоли, проведение лечения, в том числе хирургического, с последующей лучевой и химиотерапией – разные этапы борьбы с раком молочной железы, целью которой является увеличение продолжительности жизни больного и лишь опосредованно – улучшение её качества. Реконструкция молочной железы направлена прежде всего на улучшение качества жизни пациента, что делает данный вид хирургии важнейшим этапом в комплексном подходе в борьбе с онкологическим заболеванием у женщины.

Чаще всего реконструкция молочных желез состоит из нескольких этапных операций: восстановления объёма и формы груди, реконструкции сосково-ареолярного комплекса и устранения асимметрии, что предполагает коррекцию объёма и формы здоровой молочной железы.

Реконструкция молочной железы может проводиться одномоментно (сразу после удаления молочной железы в ходе одного хирургического вмешательства) или быть отсроченной (операция проводится спустя некоторое время после прохождения курса химиотерапии или лучевой терапии). В зависимости от выбранного типа операции пациентки воспринимают результат реконструкции по-разному. Отсроченный тип наносит больший урон морально-психологическому состоянию женщины, так как в течение какого-то времени ей придётся жить без молочной железы. Для этих пациенток любой результат операции будет априори более удовлетворительным, чем полное отсутствие груди.

Методы реконструкции

В настоящее время в пластической хирургии существует несколько методов реконструкции молочных желез. Метод аутотрансплантации собственных тканей предполагает пересадку свободных реаваскуляризированных тканевых лоскутов или тканевых лоскутов на питающей ножке. Достаточно активно внедряется в практику свободная аутотрансплантация жировой ткани — липофилинг. Использование имплантов молочных желез зачастую обосновано, но может потребовать предварительной установки тканевого экспандера. Альтернативный вариант — установка постоянного экспандера-импланта. Каждый вид операции имеет свои показания и противопоказания, плюсы и минусы, и хирург в индивидуальном порядке решает, какой вид реконструкции выбрать. Выбор зависит от многих факторов, в числе которых способ выполненной ранее мастэктомии и проводимой терапии. Есть существенная разница между радикальной мастэктомией (по Холстеду) и подкожной мастэктомией. У этих операций разный результат и различные показания к тому или иному виду реконструкции. Но при этом нельзя сказать, что методы реконструкции являются взаимоисключающими, зачастую они дополняют друг друга.

Аутотрансплантация предполагает забор различных видов лоскутов собственных тканей пациентки и их перемещение в область удалённой молочной железы. Раньше широко использовался ТДЛ (торакодорзальный лоскут) – лоскут на основе широчайшей мышцы спины, состоящий из кожи, жировой и мышечной тканей. Он перемещался на сосудистой ножке в область формируемой молочной железы. Несмотря на нехватку объёма пересаженных тканей со спины, это обеспечивало достаточное тканевое покрытие для последующей установки импланта (или экспандера, а затем импланта). Чаще всего пересадка торакодорзального лоскута предполагала дальнейшее увеличение объёма молочной железы с помощью импланта.

Наиболее распространённым методом реконструкции молочной железы в настоящее время является реконструкция с помощью TRAM-лоскута (лоскут на основе прямой мышцы живота). Минус операции заключается в уменьшении каркасной функции передней брюшной стенки. Это влечёт последующие проблемы уже в области живота: формирование пролабирования передней брюшной стенки. Попытки закрыть этот дефект различными сетчатыми материалами позволяли улучшить ситуацию, но не радикальным образом.

Развитие сосудистой микрохирургии дало мощный толчок развитию реконструктивной хирургии. Пластические хирурги получили уникальную возможность использовать в реконструкции свободные реваскуляризированные тканевые лоскуты, в которых кровоснабжение восстанавливается хирургическим путем.

Самым современным методом реконструкции молочной железы считается пересадка DIEP-лоскута (свободный реваскуляризированный кожно-жировой лоскут передней брюшной стенки). Хирург осуществляет забор лоскута из области нижней части живота, который представляет собой только кожу и жировую ткань (они наиболее близки по мягкости, текстуре и виду к молочной железе), и перемещает его в область реконструкции, восстанавливая кровообращение с помощью микрохирургической техники. Этот метод сложен, требует от хирурга большого хирургического опыта, глубоких знаний сосудистой анатомии и совершенства владения микрохирургической техникой. Если операция по методу DIEP FLAP проведена правильно и по показаниям, без серьезных осложнений, то её результат будет очень впечатляющим. Метод может не подойти худым пациенткам, поскольку не у всех есть достаточный объем подкожной клетчатки в области живота. Если молочные железы небольшие, операция не требует забора большого объема ткани, пересадку лоскутов можно дополнить имплантом.

Особенности реконструкции молочной железы

В области забора того или иного лоскута всегда возникает дефект тканей – дефект донорского участка. При неправильном планировании операции возможно возникновение проблемы донорского участка. Перемещая в область молочной железы лоскут, необходимо закрывать дефект того участка, откуда он был взят. В случаях, когда у пациенток существует дефицит собственных тканей (худощавое телосложение, натянутая и недостаточно эластичная кожа, рубцы после перенесённых ранее операций), закрыть дефект становится сложно. Именно поэтому реконструкция лоскутами живота всегда более предпочтительна: закрыть такой дефект проще, низкий послеоперационный рубец менее заметен и скрыт нижним бельём. Также пациентка попутно получает преимущества абдоминопластики, избавляясь от кожно-жировых избытков и фартука внизу живота. Яркий тому пример – реконструкция DIEP-лоскутом, при котором дефект закрыть проще всего, а на месте операции остаётся лишь малозаметный рубец. Использование в реконструкции молочной железы торакодорзального лоскута, напротив, имеет значительно больше минусов (в том числе из-за наличия заметного рубца в донорской зоне).

Проблемы донорской зоны не существует в случае реконструкции молочной железы имплантами или при использовании метода аутотрансплантации свободной жировой ткани – липофилинга.

В этом плане реконструкция молочной железы с использованием имплантов является рациональным решением. Но только при условии, что пациентка не проходила курс лучевой терапии (собственные ткани повреждаются и становятся достаточно плотными, появляются рубцовые изменения). Дефицит собственных тканей, которых не хватает для того, чтобы «укрыть» импланты, также становится противопоказанием к их установке. В таких случаях проведение имплантации сразу практически невозможно, и зачастую требуется предварительное проведение дерматензии (растяжения кожи) путем имплантации экспандера. Только после этого этапа возможна замена экспандера на импланты. Также возможна установка постоянного экспандера-импланта, который не требует замены.

Основная проблема силиконовых имплантов в том, что они состоят из инородного материала. Несмотря на то, что обычно не бывает реакции отторжения, есть риск формирования капсульной контрактуры (реакции окружающих тканей на инородное тело). В случае проведения лучевой терапии, этот риск значительно повышается. Грудь может стать плотной, её форма претерпит изменения, она будет мало похожа на собственную молочную железу. Поэтому установка импланта не всегда является целесообразным решением и редко удовлетворяет пациентов. В случаях отсутствия лучевой терапии и при проведении подкожной мастэктомии замещение объёма молочной железы с использованием имплантов вполне допустимо и даёт хороший результат.

Не следует противопоставлять метод реконструкции молочной железы собственными тканями и имплантами – они дополняют друг друга и зачастую используются совместно. Бывают случаи, когда пациенты, прошедшие мастэктомию и подбор экзопротезов, имеют высокое качество жизни и вовсе не планируют проводить реконструкцию молочной железы.

Женщины, пережившие удаление груди, рассказывают, почему не хотят ее восстанавливать. Четыре истории

Женщинам с раком груди кроме химиотерапии нередко делают и мастэктомию — операцию по удалению молочной железы. Иногда вырезают только опухоль, но некоторым приходится удалять грудь полностью.

Читайте также:  Диета при оксалатных, уратных, фосфатных камнях в почках и после дробления камней

Четыре женщины, перенесшие радикальную мастэктомию, рассказали «Бумаге», как операция изменила их отношение к себе, почему они решили не вставлять импланты и как на это отреагировали их близкие.

Ирина (имя изменено), 47 лет

Программистка из Москвы

— У меня двое детей, благополучная семья, я очень спортивная. И к врачам ходила в основном с травмами. У меня была порвана плечевая мышца, и я сначала лечила плечо, потом нашла что-то в груди, и врачи мне сказали, что это, скорее всего, синяк. Но на всякий случай сделали пробу. Это было в декабре 2016 года. И вдруг звонят из поликлиники и говорят, что мне нужно срочно прийти. И так настаивают.

Долго не могла поверить в то, что мне рассказывают, не могла вникнуть в смысл слов «атипичные клетки». Потом уже поговорила с хирургом, он сказал, что диагноз не вызывает ни малейших сомнений, вопрос только в том, какой это вид и какая схема лечения. Помню состояние абсолютной паники и растерянности: что делать, куда пойти? Паника длилась, наверное, неделю.

На работе сказали, что оплатят мое лечение в Герцена (Московский научно-исследовательский онкологический институт имени Герцена — прим. «Бумаги»). Операция прошла 4 августа 2017 года. Сначала я была настроена сразу же сделать одномоментную реконструкцию, потому что просто не представляла, как жить без груди. У меня была паника от картинок, которые я видела в интернете: смотрела на них и рыдала.

Но хирург сказал, что не рекомендует делать одномоментно: у меня третья стадия с метастазами — реконструкция пострадает при лучевой терапии. Технически реконструкцию можно делать спустя полгода после терапии. Я была настроена восстанавливать грудь, но только своим лоскутом (метод восстановления, при котором вместо имплантов используют собственные ткани пациентки: часть мышцы с передней брюшной стенки или лоскут со спины — и перемещают в область груди — прим. «Бумаги»). Однако потом была уже утомлена прошедшим лечением: восемь химий — это очень тяжело. Если после первой химии я была «не в форме» первые два дня, то после восьмой — десять дней совсем никакая.

Это настолько злобное лечение, что организм еще не восстановлен. Понимание этого тормозит меня делать что-то с грудью. И на предложение сделать самую дорогую операцию хирург сказал, что она мне не подходит. И потом, очень много деталей, о которых узнаешь, только вникнув в тему. Например, я перенесла лучевую и потеряла большой вес. Мне сказали, хорошо, что я не сделала имплант: при потере 15 кг и изменении тела он мог бы оказаться на спине.

Мне рекомендуют делать именно импланты, но я не хочу: надеюсь снова заниматься плаванием и айкидо, а [при физических нагрузках] они могут травмироваться, порваться внутри. И вопрос в их долговечности. Что с ними будет через 10 лет, через 20? Я человек нестарый, меня напрягает, что эта штука будет жить внутри меня долгое время. Скорее всего, операцию делать не стану.

Когда у меня была шестая или седьмая химия, в палату привезли женщину, которая не стала делать радикальную мастэктомию. Сейчас у нее метастазы по всему телу. Сколько ей осталось и что можно сделать? Смотреть на нее больно и страшно. Я для себя решила, что это подсказка свыше: [вот] что произойдет, если пожалею убрать грудь.

Было страшно до последнего, даже не могла смотреть на себя в зеркало после операции. Сейчас привыкла. Муж говорил, что для него это абсолютно неважно, но это не те слова, которые я хотела услышать. Когда было совсем тяжело, звонила по телефону горячей линии. И хочу сказать, что сотрудники отрабатывают свою миссию прекрасно. Когда я была на грани отчаяния, слышала [от них] слова, которые, наверное, и хочет услышать человек в такой момент.

Вдруг я поняла, что не одна. Девчонки из группы поддержки рассказывали, что это [удаление груди] как раз фигня, что из всех аспектов лечения он наименее травматичный.

Сейчас хожу в бассейн и до сих пор не могу раздеться при всех: прячусь и переодеваюсь отдельно. Не могу раздеться при муже, хотя он уверяет, что это не имеет никакого значения. Это имеет значение.

С операцией справилась, но длинное лечение сильно меняет мировоззрение. Теперь я ценю себя, жизнь приобрела яркие цвета. Больше не психую из-за немытого пола, непоглаженного белья — хрен с этим. Год не могла это делать и поняла, что [члены семьи] и так проживут; не буду готовить ужин из трех блюд — сварят себе пельмени.

Главное, мне хотелось бы перестать бояться рецидива. Никто не может объяснить, почему это произошло со мной. И образ жизни, и диета — всё было. Я не пила, не курила, родила детей, кормила их сама — не попадаю в группу риска. Один из факторов, почему я не иду на импланты: некоторые онкологи говорят, что это увеличивает риск рецидива. Свою прежнюю форму восстановлю: я человек целеустремленный. Но как мне перестать бояться, что мне опять поставят такой диагноз, не знаю.

Александра, 39 лет

Работает в социальной сфере в Москве

— В ноябре 2015 года мне поставили диагноз «рак груди», а в конце года сделали полную мастэктомию левой груди. Сейчас у меня ремиссия.

Моя бабушка болела раком груди; из-за этой болезни умерла мама, когда мне было 16 лет. Тогда я жила в онкоцентре на Каширке (Национальный медицинский исследовательский центр онкологии Блохина, РОНЦ — прим. «Бумаги»). Я всегда была «онконастороженной»: всю жизнь боялась заболеть — до психических срывов (и ходила к психологу, который пытался сгладить этот страх). Тем не менее болезнь не миновала, хотя я регулярно наблюдалась.

Сначала мне диагностировали фиброаденому (доброкачественная опухоль — прим. «Бумаги»), но в итоге это оказался рак. Опухоль обнаружил муж. На следующий день мы поехали в маммологический центр на обследование, но я знала: это диагноз, рак.

Мне диагностировали вторую стадию, и я понимала, что нужно сделать всё радикально, убрать [молочные железы] по максимуму. Мысли, что я теряю грудь и буду испытывать какие-то неудобства или страдания, не было. Просто сгруппировалась и дала себе установку: надо держаться за жизнь.

Я мама 13-летнего ребенка, у меня семья. Муж сразу сказал: «Саша, даже звука не произноси о реконструкции. Ты мне нужна живая: с грудью, без груди, кривая, косая — неважно, лишь бы ты была здесь, с нами».

Девочки, с которыми лежала в больнице и с которыми сейчас общаюсь, не видели себя без груди и решились на реконструкции. Но [реконструкция] — это операция не без последствий. Лечение было очень тяжелым, организму требуется много сил, чтобы это выдержать. И для себя решила, что не готова к этому ни физически, ни морально. Реконструкция — это шестичасовая операция с наркозом, двухнедельный вынос из жизни, который я не могу себе позволить. Стоит ли грудь таких мучений? Для меня нет.

Комплексов и дискомфорта у меня нет, спокойно смотрю на себя в зеркало. У меня вставлен протез, я ношу красивое нижнее белье, замечательно чувствую себя на море в купальниках. Понятно, что не могу надеть какое-нибудь декольте или что-то еще, но этим можно пожертвовать. Чем больше живу, тем больше понимаю, что реконструкция мне не нужна.

Вообще, во мне нет сентиментальности, я даже не плакала [из-за болезни]. Единственное, сказала мужу: «Игорь, ну е-мое, в 38 лет!». А потом видела женщин, заболевших онкологией и в 38, и в 28, и в 20 лет. Я не зациклена на себе, смотрю вокруг и понимаю: есть девчонки-героини, которые столько прошли. А я? Ну прооперировалась, прошла курс химиотерапии, прохожу обследование. Какое отсутствие груди, какие комплексы? В мыслях — только выжить, идти вперед, дожить до совершеннолетия ребенка, дай бог, выучить ее. Была бы возможность, я бы и вторую грудь убрала к чертовой матери.

Читайте также:  Диспорт - что нельзя делать после процедуры

Катерина (имя изменено), 42 года

Специалистка по нетрадиционной медицине из Москвы

— Когда узнала про диагноз, конечно, была в шоке. Но у меня даже вопросов не возникает, [почему это произошло]. В моем случае [причиной] заболевания стала психосоматика. Как мы обычно: нигде не болит — и ладно, а эмоции не так важны в жизни. Оказалось, что очень важны.

У меня была небольшая опухоль в груди, и она меня не беспокоила. В то время я помогала подруге [с ее депрессией], у которой муж умер от рака в 42 года. И вдруг начала думать, а что у меня там [в груди]? Меня это стало беспокоить даже не физически, а эмоционально. Пошла к врачу, и мне моментально поставили диагноз, анализ всё подтвердил, хотя ни боли, ничего не было. Диагностировали вторую стадию.

Когда мне до операции сказали, что возможно полное удаление, я ударилась в рев и в слезы. Но потом [врачи] сказали: «Да нет, обойдемся резекцией (частичным удалением груди — прим. «Бумаги»)». Мы еще думали, в какую сторону сделать шов, как буду прятать его под купальником.

На операционном столе выяснилось, что у меня внутрипротоковый рак, и грудь удалили полностью. Мне было очень тяжело, и процесс по выходу из этого состояния был очень тяжелым. У меня была и химиотерапия, и лучи, но думаю, что держусь за счет нетрадиционной медицины: биоэнергетики, биодинамики, работы с собой, вырисовывания своих эмоций, еще я мандалы рисую.

У меня была дикая депрессия, непрекращаемый поток слез. И если бы не мои подруги, которые вытягивали меня из этого состояния, не знаю, чем бы всё закончилось. Рука после операции не действовала, не могла поднять чашку с водой. Сейчас более или менее, могу выполнять бытовые задачи.

Муж удаление груди воспринял спокойнее меня. Так сложилось, что у нас родственники, у которых находили рак, все умирали. И поэтому потеря груди, а не жены была для него меньшим злом, он прямо об этом говорил. Но меня это мало успокаивало.

Пока не знаю, буду ли делать пластическую операцию, год делать ее нельзя. Переживания смягчились. Но это не я такая умная красавица — просто мне помогли.

Для меня грудь связана с сексуальностью, а женщина без груди — это уже не женщина. Поэтому потеря груди — это потеря и сексуальности, и красоты, вообще всего. Но сейчас понимаю, что в лифчике, например, не видно, что я без груди. Поэтому для посторонних людей ничего не поменялось. Отсутствие груди видно в интимном моменте, в бане. Но в баню мне сейчас всё равно нельзя. Есть такие фитнес-центры, где не общий душ, а кабиночки, я в такой ходила. Но тема пляжа для меня еще не решенная.

Плюсы реконструкции: у меня будет грудь, и меня перестанет беспокоить этот вопрос. А минусы: неизвестно, как себя поведет рука, и брать лоскут живота… Импланты мне не подходят, потому что я буду ощущать в своем теле что-то инородное. И еще очень пугает воздействие наркоза на мозг: потом от него долго отходишь, способность к биоэнергетике понижается — это меня останавливает.

Юлия, 46 лет

Работала на заводе в Петербурге

— О диагнозе узнала случайно: в апреле прошлого года мылась в душе и нашла у себя уплотнение. Обратилась к гинекологу, а она даже смотреть меня не стала, сказала: идите к хирургу, к терапевту и, вообще, куда хотите. Сделала УЗИ, и врач сказала, что это очень похоже на опухоль. В итоге я пошла в онкодиспансер на Удельной, где мне дали направление в Песочное (НМИЦ онкологии имени Петрова в поселке Песочное — прим. «Бумаги»).

Там все хирурги в один голос сказали, что это опухоль. Сейчас у меня третья стадия, я прошла кучу обследований, и ни одно не выявило саму опухоль, только метастазы. Было обидно удалять грудь, понимая, что опухоли там может и не быть, что она может оказаться в совершенно другом месте. Но биопсия показала, что метастазы именно от молочной железы.

Был вариант резекции, но поскольку непонятно, в каком месте находится опухоль, наобум вырезать какую-то часть [было неэффективно]. А где гарантия, что она не в другом месте? Заведующая отделением сказала, что если для вас это не принципиально важно, то лучше убрать грудь целиком. Мы с мужем посоветовались и решили, что будем удалять полностью.

Любая женщина не готова расстаться со своей грудью, мне было жалко до последнего. Но я себя уговаривала, что это поможет выжить. Что если не сделаю этого, то опухоль, возможно, останется — и тогда придется всё начинать сначала.

Муж до последнего не верил в происходящее. Он у меня человек немногословный, за эти месяцы «постарел». Дети — у меня два мальчика, уже взрослые — поначалу даже не поняли, что произошло. Младшему мы сначала не говорили [подробностей], слово «рак» даже не произносили.

Реконструкцию, скорее всего, делать не буду: не считаю нужным подвергать свой организм дополнительной нагрузке. Всё это не так просто, как рассказывают: нужна серьезная подготовка — не месяц и не два, будет больно, невозможно добиться абсолютной симметрии, то есть нужно и вторую грудь оперировать. Я считаю, что с таким заболеванием, как рак, чем меньше вмешательств, тем лучше. Но, может, изменю свое мнение года через три-четыре.

У меня в семье одни мужчины, поэтому не даю слабины. Все эти мысли, что я инвалид, стараюсь от себя гнать, чтобы не плакать и не расстраиваться. Когда одета, вроде как ничего, но когда раздеваюсь, тяжело. Не могу раздеться при муже, показать ему это всё. Он говорит: «Что ты глупостями занимаешься? Что ты прячешься?». Но я пока не могу себя пересилить.

Поначалу отдыхала. А потом поняла, что если буду лежать, то сойду с ума: у меня все мышцы ослабли, осанку держать не могла. С апреля по январь, когда проходила химиотерапию, не было такой минуты, чтобы не думала о диагнозе. Дошло до того, что с ноября перестала спать. А после операции — как отрезало, будто организм сказал: «Всё, у меня нет рака».

Сейчас из-за лучевой терапии мне нельзя заниматься спортом, но с сентября пойду в бассейн: руку нужно всё время разрабатывать. Я созваниваюсь с женщиной, [которой тоже сделали мастэктомию], она ходит в бассейн и говорит: «Иду в туалет и переодеваюсь там в купальник, никто ничего не замечает». Конечно, при всех это будет не очень легко, но когда переживаешь такую болезнь, очень многое меняется в мироощущении. Если мне будет негде переодеться, буду переодеваться при всех, потому что это нужно для моего здоровья. Кто что подумает — это мало меня интересует. Может, задумаются и пойдут к врачу. Произошедшее со мной сподвигло знакомых пойти обследоваться.

За помощь в подготовке материала «Бумага» благодарит благотворительную программу «Женское здоровье»

Ссылка на основную публикацию
Разрыв сердца что это такое, причины, симптомы, лечение и прогноз
Берегите сердце Многие люди убеждены, что разрыв сердца может случиться лишь из-за сильнейшего стресса или испуга. Однако на самом деле...
Размеры новорожденных по месяцам таблицы
Развитие ребенка по месяцам до года Основные рекомендации: Грудное вскармливание. Воз рекомендует кормить до 2 лет Будьте бдительны с опасными...
Размеры одежды новорожденного ребенка — Таблицы размеров распашонок, комбинезонов, ползунков, носочк
Тонкости выбора одежды для новорожденных по размерам Все ближе и ближе тот счастливый миг, когда вы прижмете к груди свое...
Разрывы и разрезы при родах
Всё о разрывах и травмах при родах: виды, последствия, как зашивают, меры профилактики Разрывы при родах возникают по причинам, зависящим...
Adblock detector